Статьи Икона Св. Троицы и образ Страшного Суда. Что важнее?

Когда мы впервые заходим в православный храм, в глаза тут же бросается множество икон, развешанных по всему храму. Зачем вообще нужны иконы? Почему их так много в храме? Чем икона отличается от идола?

В переводе с греческого «икона» означает «образ». Главная цель иконы – возвести внимание и мысли человека от образа к Первообразу. Сама по себе икона всего лишь дерево и краска. Любой святой свят не сам по себе, а благодаря своей близости к Богу. Святость иконы целиком и полностью обусловлена святостью того кто на ней изображен. В конечном счете, икона освящается через свою смысловую связь с Божеством. Поэтому иконам не поклоняются – их почитают. Не иконе молятся, а перед иконой. Молятся не доске и краске, изображенному на ней святому.

Тем не менее икона является весьма важным инструментом для молитвы: восемьдесят процентов информации человек воспринимает через зрение. Поэтому взирая на икону нам легче сконцентрироваться на общении с тем, чей образ на ней изображен, легче вернуться к молитве, когда мы мысленно начнем отвлекаться (а это происходит очень часто). Символика красок иконы позволяет нам глубже прочувствовать глубину и смысл изображенной на иконе сцены. Более того, через молитву (в первую очередь церковную) пред иконой мы имеем возможность мысленно сконцентрироваться и молитвенно обратиться к событиям, запечатленным на иконе.     

И наконец, икона является для православного человека поводом к молитве: среди повседневных дел взгляд случайно упал на икону – человек вспомнил о Боге.

В православной иконографии существует великое множество икон, написанных на различные библейские и житийные сюжеты. В данной статье мы подробно остановимся на двух,  во многом противоположных друг другу образах: образе Страшного Суда и иконе Пресвятой Троицы. Боа этих образа связаны с жизнью и смертью. В этих образах заключены начало и конец земной истории.

 

Страшный суд – заключительный момент истории земного мира. Суд, на который по учению Православной церкви придут живые и воскреснут мертвые. Суд где каждый из когда-либо живших получит окончательный вердикт о характере своего вечного бытия: Царство Небесное или геенна огненная.

 Первые иконографические мотивы Страшного суда можно найти еще в  IV в., в настенных фресках древних катакомб. Первые фрески Суда Божия были представлены в евангельском сюжете отделения овец от козлищ и притче о благоразумных девах.

К VIII в. в Византии формируется законченная композиция картины Страшного суда. Иконография Страшного суда берет свое основание из текстов Евангелия, Откровения Иоанна Богослова, а также ряда святоотеческих творений и литературных произведений, посвященных кончине мира.

Икона Страшного СудаИкона Страшного суда представляет нам картину воскресения мертвых, разделения грешников и праведников, мучение первых и блаженство вторых. В центре композиции традиционно изображается Господь Христос – Судия мира. Рядом с Ним -  Богородица и св. Иоанн Предтеча – предстатели за род человеческий. У их ног Адам и Ева – первые люди на земле. Вокруг Христа – апостолы и ангельские воинства. Ангелы трубным гласом воззывают мертвых на Суд. Ниже ангельских воинств, справа от Христа находятся праведники, слева – грешники.  В верхней части иконы часто изображается Бог Саваоф(что не является каноничным, но об этом - ниже), ангелы света, поражающие оружием падших ангелов (бесов).

В центре нижней части иконы располагаются весы добрых и злых дел человеческих. Возле весов идет борьба между ангелами и демонами за душу человека, которого часто изображают в виде обнаженной фигурки(в знак того что роме себя ему нечего предствить на Суд).

Особое внимание уделяется в иконах Страшного суда картинам ада. Ад изображается в виде «геенны огненной», центральная фигура картины – сатана, восседающий на страшном звере. Из пасти зверя выходит змей, который простирается к ногам Адама, как символ древнего искушения. Вокруг горят мучаются от демонов грешники.

Рай изображается несколькими сюжетами. К нему относитяся ветхозаветное «Лоно Авраамово», где среди деревьев сидят праотцы Авраам, Исаак и Иаков с душами праведников; изображение ворот Царства Небесного с апостолом Петром возглавляющим шествие праведников к воротам. В верхней части картины часто изображается Горний Иерусалим с блаженствующими в нем праведниками.

Между сценами рая и ада, изображается прикованный к столбу «милостивый блудник», человек, который согласно Преданию был милостив к ближним, но не смог справиться со страстью блуда. Ради милостыни он получил избавление от вечных мук, а по причине блуда лишился Царства Небесного.

Икона Страшного суда вполне закономерно вызывает страх, желание уйти от созерцания этой картины. Особенно той, что по левую руку от Христа. Изображение сатаны и ада вызывает отвращение. Иконы Страшного суда, благодаря своему шокирующему действию, получили широкое распространение с самого начала обращения Руси в христианскую веру. Но понимание религиозных основ развивалось. Менялись акценты понимания взаимоотношений Бога и человека.

В начале XVв. Потомственный иконописец, монах Спасо-Андроникова монастыря пишет икону, занявшую, впоследствии, центральное место среди икон Древней Руси – икону Пресвятой Троицы. Если говорить о соотношении иконы Страшного суда и образа Пресвятой Троицы, уместно будет вспомнить слова Иоанна Богослова, что в «любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение» (Иоанн1 4:18) Эта икона, сюжет которой основан на библейской истории посещения Авраама тремя Ангелами, была написана Рублевым с намного более глубоким  богословским смыслом чем просто описание момента из истории Ветхого Завета.

Предшествующие Рублеву иконописцы изображали данный сюжет более конкретно: на иконах присутствовали Авраам и Сарра, служившие Ангелам, а  на столе помимо чаши стояли и другие яства. Преподобный Андрей выносит картину за пределы библейского сюжета. В его иконе образ трех Ангелов приобретает новый смысл.  Три Ангела, под видом которых Бог явился Аврааму, символизируют собой образ Пресвятой Троицы. Икона являет нам Предвечный Совет Пресвятой Троицы, на котором Бог-Сын принимает чашу с головой тельца, символизирующую Его Крестную Жертву, ради избавления людей от мук и страданий. Левые и правый Ангелы внутренними контурами образуют чашу напоминающую Чашу Евхаристии. Композиция фигур ангелов образует замкнутую окружность - целостность любви и единосущие Пресвятой Троицы.

Икона Пресвятой ТроицыСуществуют различные мнения о том, какая из фигур Ангелов к какой Божественной ипостаси относится. Неверно было бы соотносить во время  молитвы Ангелов с той или иной ипостасью. В иконе мы видим образ Всей Пресвятой Троицы, а не отдельных Божественных ипостасей. Более того, иконописцу возможно лишь ипостась Воплощенного Бога-Сына – Иисуса Христа, потому что Он действительно имеет свое земное, телесное лицо и люди в определенный момент истории действительно непосредственно могли Его видеть.   

Позади фигур Ангелов, на заднем фоне мы видим дом, дерево и гору. У этих объектов так же существует различные, непротиворечивые толкования. Палата Авраама символизирует Божественное Домостроительство, попечение о каждой твари и о всем мире. Мамврийский дуб – райское Древо Жизни, Крестная жертва Иисуса Христа. Гора Мория – восхождение человеческого духа к Божественной высоте. В склоненности к Ангелам дома, дерева и горы можно увидеть поклонение Богу искусственной среды человеческого обитания, живой и неживой природы.

Икона Пресвятой Троицы преп. Андрея Рублева по праву считается вершиной русского иконописного мастерства и творчества. Сердце пред этой иконой замирает не в страхе и ужасе, а в благоговейном трепете и восхищении.  Этот образ более других дает нам возможность увидеть отблеск Божественного триединства ипостасей, любви и согласия. Величайший святой IV века епископ Григорий Неокесарийский, за свои мистические труды удостоенный звания «Богослов» (один из трех за всю историю христианства) в слове «На  святое крещение» увещевал приходящих к купели: «Храни исповедание веры в Отца и Сына и Святого Духа... единое Божество и единую силу, которая обретает в Трех единично, и объемлет Трех раздельно, без различия в сущностях и естествах, не возрастает и не умаляется, через прибавления и убавления, повсюду равна, повсюду та же, как единая красота и единое величие неба».